Свирепые дауны в свете прожекторов Пляшут на трупах детей рок-н-ролл, Работники сервиса в крематории Играют в карты на зубы клиентов. Волосатые руки в печатках из золота, Проникшие в спальню сквозь толщу стен, Душат меня непонятно за что. И я улыбаюсь, неясно зачем...
Глухая стена оказалась вдруг зеркалом, В нём я и мои больные друзья Пляшут на трупах детей рок-н-ролл, Скалясь улыбкой плакатных девиц. Волосатые руки подруги приятеля Выжимают в стакан неспелый лимон. Моя голова - как неспелый лимон, А кости лимона - зубы мои.
Прибежали в избу дети Второпях зовут отца: «Тятя! тятя! наши сети Притащили мертвеца». «Врите, врите, бесенята,— Заворчал на них отец; — Ох, уж эти мне робята! Будет вам ужо мертвец!
Суд наедет, отвечай-ка; С ним я ввек не разберусь; Делать нечего; хозяйка, Дай кафтан: уж поплетусь... Где ж мертвец?» — «Вон, тятя, э-вот!» В самом деле, при реке, Где разостлан мокрый невод, Мертвый виден на песке.
Безобразно труп ужасный Посинел и весь распух. Горемыка ли несчастный Погубил свой грешный дух, Рыболов ли взят волнами, Али хмельный молодец, Аль ограбленный ворами Недогадливый купец?
26 фев 2014 в 10:51