«Мы на даче в компании отмечали чей-то день рождения. Мой парень весь вечер шептался с другой. Все ушли спать. А на меня что-то накатило....»
17-летняя Ирина П. два года назад пыталась покончить с собой. От шума проснулся молодой человек. Скорую не вызывали — обошлись собственными силами.
— Я и до этого задумывалась о смысле жизни. О том, какое я ничтожество, неудачница, никому не нужна. Даже матери. Она мне рассказывала, что не хотела меня рожать, собиралась делать аборт. Отец вечно на работе. Ему главное, чтобы ужин дома был. Однажды я задержалась поздно. Прихожу, а он как с цепи сорвался. Думала, из-за того, что «комендантский» час нарушила. А оказывается, потому что поесть ничего не сделали. Характер у меня был еще тот. Вечно ходила хмурая. Все вокруг считали, что я только и ною о том, как все плохо...
Родители Ирины до сих пор так ничего и не знают. Со свидетелями той истории она также старается больше не общаться.
— Знаете, что самое невыносимое? Это жалостливые взгляды окружающих. Причем жалость вперемешку с брезгливостью. Начинаешь чувствовать себя сумасшедшей.
Сейчас девушка путешествует по виртуальным клубам «самоубийц», рассказывает свою историю и пытается вытащить бывших единомышленников из тени.
— Я им говорю, что, если даже никто вас не любит, можно научиться любить себя самим. Остаться и жить. Назло всем.
В прошлом году Следственный комитет России зарегистрировал 461 самоубийство среди несовершеннолетних. В Федеральном медицинском исследовательском центре психиатрии и наркологии имени Сербского говорят, что 10-14 лет — самый опасный возраст для суицидов. «Подросток в это время переживает возрастной кризис, — объясняет руководитель отдела экологических и социальных проблем психического здоровья Центра Сербского Борис Положий. — Из ребенка вылупляется взрослый человек. Все это сопровождается самокопанием, недовольством собой и другими, поиском ответов на вечные вопросы «Кто я? Что могу?». К тому же большинство молодых людей романтизируют смерть. Для них это просто иной способ существования. А современные родители заняты зарабатыванием денег и разучились слушать своих детей, разговаривать с ними. Общение часто строится либо на принципах авторитаризма по системе начальник-подчиненный, либо ребенка просто не замечают — он растет, как сорняк. И посоветоваться о проблемах ему не с кем. Есть и третий вариант, когда взрослые возводят чадо на престол. Что бы подросток ни сделал — все прекрасно и замечательно».
Завсегдатай сайта «Палата номер шесть» 15-летняя иркутянка Света призналась, что две недели назад пробовала покончить жизнь самоубийством. «Но потом испугалась, — рассказывает девушка. — И мать не вовремя вошла в комнату. Правда, она не поняла, в чем конкретно дело. Подумала, что это все наркотики. Вызвала скорую, чтобы проверили мне давление и зрачки. Врачам она зудела, какая я плохая дочь, что я позорище, дерьмо и как меня вообще земля носит. И тогда я поняла, как я ее ненавижу!»
В 1974 году американский социолог Дэвид Филипс исследовал волну самоубийств в Европе в конце XVIII века, спровоцированную романом Гете «Страдания юного Вертера». Ученый доказал, что на окружающих оказывает влияние не столько сам факт самоубийства, сколько сообщение о нем. Если огласка слишком широкая — появляется волна «подражателей». Психиатры, тем не менее, считают, что проблему нельзя замалчивать. Она становится слишком глобальной.
Если раньше доминирующую роль в распространении «эпидемий» смерти играли СМИ, сейчас практически всю информацию подростки черпают из соцсетей. Поисковое окошечко «ВКонтакте» на запрос «суицид, депрессия» выстреливает десятками «профильных» страничек. В каждой — от трех до нескольких тысяч участников. Многие постят картинки с изображениями несчастных ангелов, взмывающих на небеса. Встречаются чаты с дискуссиями о жизни и смерти.
15 ноя 2014 в 06:28
Точильный камень