Ак остался в машине, поэтому Голд взял с собой М4А1 и забрал все патроны на это оружие у охранников, и забрал все, что нашел в их карманах, и двинулся за Гроном...

Димитрий развернулся с криками "Скотина ты тупорылая!" и быстрым шагом пошел в обратную сторону, распихивая толпу. Отойдя десять метров, он останавился и попросил Славика пойти наклянчить у людей немного крышек

Немного подумав, Голд вспомнил, что АК не в машине, потому что он отдал его Валентину!

"Стоять! Кому говорят, стой!!! Ловите его!!!" - прокричал Валентин солдатам, указывая на "безбилетника". Возмущенный неповиновению раб чуть сам не начал бежать за Димитрием, привстал, но тут же почувствовал боль в ноге, совсем забыв о травме. не долговечное обезболивающее мне вкололи, подумал Валентин и грохнулся на кресло. "Немедленно его поймайте, желательно живым!"

Вращательными, круговыми, поступательными движениями пальцем по лысине, Ягуар умудрился включить свой мозг, и создать с помощью веревок, балок, и листов металла систему рычагов, которая бы позволила при помощи Голда поставить воду в грузовик. (Написать лучше не смог)

"Вот так!" - пронеслось в голове Валеры, когда тот почувствовал ветер, подгоняющий его сзади. Ветер был сильный, и заметно прибавлял скорости, но так как голод все не хотел отступать, а желудок урчал, Валера сказал сам себе под нос: "Да захлопнись ты!", надеясь, что желудок его поймет и успокоится. Собравшись с силами, он продолжал бежать к городу, он как будто предвидел, что там его ждет что-то интересное.

Не долго думая, Мефодий побежал вслед за стариком, надеясь, что он приведет его в надежное укрытие

Выбрав свой путь, Мефодий стремглав погнался за стариком, которого уже практически не было видно и ориентироваться можно было только по интуиции. Слава Богу она не подвела, и пробежав пару кварталов Мефодий нагнал-таки незнакомца, который в это время пытался отворить тяжелую чугунную дверь. После небольших совместных усилий она поддалась, а за ней оказался маленький узкий проход, ведущий под землю. Старичок не стал ничего говорить и первым спустился вниз, а затем помахал рукой, мол путь чист. С неким чувством тревоги и испуганности Мефодий добрался до своего предположительного спасителя, который тут же повел его дальше, по длинной системе темных тоннелей и коридоров...

Казалось, будто они шли уже минут двадцать, когда наконец в конце показался свет. Выйдя из сырого тоннеля, Мефодий оказался в теплой и светлой комнате, обставленной деревянными стульями и столами, за которыми сидело около десятка чумазых оборванцев. Старик тут же произнес: "Братья! Я привел в нашу обитель ещё одного заблудшего и несчастного творения великого Механизма! Его зовут..." тут наступила пауза, для того чтобы Мефодий сам представился. Конечно же ему было приятно в относительной безопасности, сухости и теплоте, но участвовать в сектах... Впрочем надо было тщательно подумать

Ягуар с Михаилом решили долго не париться, и просто напросто устроить небольшой подъемный механизм прямо здесь. Для этого они разбежались по территории завода за материалами, и через десять минут всё уже было готово. Для начала Миша залез по потолочным балкам наверх, где устроил с помощью металлического крюка и каната надежное крепление, затем Ягуар перекинул через это крепление стальной трос, одной частью которого плотно обхватил наполненную бочку, а другую привязал к грузовику, который сюда пригнал Миша. Потом, с помощью грузовика они подняли груз вверх, канат привязали к креплению на стене (оно было здесь и раньше), повернули крюк так, чтобы груз находился над дорогой, подогнали грузовик и плавно опустили бочку... "Впринципе до такого мог додуматься каждый" решили они и молча сели в грузовик, на котором поехали к баррикадам

Однако не тут то было: прямо на полпути до цели, на дорогу выбежал непонятный человек, со страной трубой в руках, мащущий им рукой, чтобы они остановились... Можно было просто переехать его и ехать дальше спокойно, но что-то в нем показалось Ягуару и Голду подозрительным... Может быть то, что "труба" была базукой?

Славик быстро уловил то, что нужно подработать попрошайкой, и решил давить на окружающих жалостью (сделал печальные глазки и каким-то неведомым образом подергивал своим подбородком). Вернулся к Диме он уже через пять минут с двадцатью крышками, из которых две отдал своему Мастеру, а остальные запрятал куда-то в карман. Заплатив за проход, и отдав свои крюки (солдаты как-то нехорошо навели на него обрезы, когда заметил их), Димитрий прошел наконец в нижний город, в котором, увы, не было ярмарки, не забыв показать язык бешеному инвалиду в кресле. Теперь можно было идти либо к торговым рядам, либо попытать счастья на бирже труда, либо побродить по всяким сомнительным переулкам...