Одинок, как пес, одинок, как безумец или слепец, одинокий, словно мертвец, словно флюгер, сбившийся с ног, - одинок, одинок, одинок. Одинок, как будто святой, окруженный людской толпой; как блаженный, он одинок; словно дом, на котором замок; словно в полночь пустой магазин.. Он один, он один, он один. И никто не придет к нему постучаться в глухую тьму; почему его, почему никому спасти не суметь? Одиночество - тоже смерть! Никому не сломать тюрьму. Никому. Никому. Никому. Не раздастся ничей звонок. А он так сейчас одинок! Одинок, как мертвец в гробу: не услышат его мольбу. Дома нынче, наверное, - рай! - пьют родные липовый чай и, лекарство приняв потом, засыпают спокойным сном. А его захлестнула ночь. И не хочет никто помочь. Одинок, как пес. Одинок, словно флюгер, сбившийся с ног. Одинок, одинок, одинок.../И.В.

В аллеях столбов, По дорогам перронов - Лягушечья прозелень Дачных вагонов; Уже окунувшийся В масло по локоть Рычаг начинает Акать и окать... И дым оседает На вохре откоса, И рельсы бросаются Под колёса... Приклеены к стёклам Влюблённые пары, - Звенит палисандр Дачной гитары: "Ах! Вам не хотится ль Под ручку пройтиться?.." - "Мой милый! Конечно, Хотится! Хотится!.." А там, над травой, Над речными узлами Весна развернула Зелёное знамя, - И вот из коряг, Из камней, из расселин Пошла в наступленье Свирепая зелень... На голом прутье, Над водой невесёлой Гортань продувают Ветвей новосёлы... Первым дроздом Закликают леса, Первою щукой Стреляют плеса; И звёзды Над первобытною тишью Распороты первой Летучей мышью...>>>

>>>Мне любы традиции Жадной игры: Гнездовья, берлоги, Метанье икры... Но я - человек, Я - не зверь и не птица, Мне тоже хотится Под ручку пройтиться; С площадки нырнуть, Раздирая пальто, В набитое звёздами Решето... Чтоб, волком трубя У бараньего трупа, Далёкую течку Ноздрями ощупать; Иль в чёрной бочаге, Где корни вокруг, Обрызгать молоками Щучью икру; Гоняться за рыбой, Кружиться над птицей, Сигать кожаном И бродить за волчицей; Нырять, подползать И бросаться в угон, - Чтоб на сто процентов Исполнить закон; Чтоб видеть воочью: Во славу природы Раскиданы звери, Распахнуты воды, И поезд, крутящийся В мокрой траве, - Чудовищный вьюн С фонарём в голове!.. И поезд от похоти Воет и злится: - Хотится! Хотится! Хотится! Хотится!/Э.Б.

Я наравне с другими Хочу тебе служить, От ревности сухими Губами ворожить. Не утоляет слово Мне пересохших уст, И без тебя мне снова Дремучий воздух пуст. Я больше не ревную, Но я тебя хочу, И сам себя несу я, Как жертву палачу. Тебя не назову я Ни радость, ни любовь. На дикую, чужую Мне подменили кровь. Еще одно мгновенье, И я скажу тебе, Не радость, а мученье Я нахожу в тебе. И, словно преступленье, Меня к тебе влечет Искусанный в смятеньи Вишневый нежный рот. Вернись ко мне скорее, Мне страшно без тебя, Я никогда сильнее Не чувствовал тебя, И все, чего хочу я, Я вижу наяву. Я больше не ревную, Но я тебя зову./О.М.

Кто я? Что я? Только лишь мечтатель, Синь очей утративший во мгле, Эту жизнь прожил я словно кстати, Заодно с другими на земле. И с тобой целуюсь по привычке, Потому что многих целовал, И, как будто зажигая спички, Говорю любовные слова. "Дорогая", "милая", "навеки", А в душе всегда одно и тож, Если тронуть страсти в человеке, То, конечно, правды не найдешь. Оттого душе моей не жестко Ни желать, ни требовать огня, Ты, моя ходячая березка, Создана для многих и меня. Но, всегда ища себе родную И томясь в неласковом плену, Я тебя нисколько не ревную, Я тебя нисколько не кляну. Кто я? Что я? Только лишь мечтатель, Синь очей утративший во мгле, И тебя любил я только кстати, Заодно с другими на земле.

Мой облик, жесты, взгляд - не я: Так нереален небосвод. Та суть во мне, что не моя, Моею жизнью не живет. Притихший ветер сном прогрет, День смысла начисто лишен. Моей тоске исхода нет. Я выжат и опустошен. Когда б на память мне пришли Другие небеса, края, Прекрасней жизни и земли, Известных мне! Но мысль сия, Плод умствующего ума, Что праздным умствованьям рад, В моей дремоте спит сама, Как водоросли в море спят. И лишь в чужой мне яви дня, Забывшей обо мне давно, Есть все места, где нет меня, Есть все, чего мне не дано. Мне нет ни сути, ни пути, Ни знания, ни бытия. Мне только снится жизнь моя.

Я сладко изнемог от тишины и снов, От скуки медленной и песен неумелых, Мне любы петухи на полотенцах белых И копоть древняя суровых образов. Под жаркий шорох мух проходит день за днём, Благочестивейшим исполненный смиреньем, Бормочет перепел под низким потолком, Да пахнет в праздники малиновым вареньем. А по ночам томит гусиный нежный пух, Лампада душная мучительно мигает, И, шею вытянув, протяжно запевает На полотенце вышитый петух. Так мне, о господи, ты скромный дал приют, Под кровом благостным, не знающим волненья, Где дни тяжёлые, как с ложечки варенье, Густыми каплями текут, текут, текут

Немало чудищ создала природа, Немало гадов породил хаос, Но нет на свете мерзостней урода, Нет гада хуже, чем домашний пес.Нахальный, шумный, грязно-любострастный, Презренный раб, подлиза, мелкий вор, Среди зверей он – выродок несчастный, Среди созданий он – живой позор.Вместилище болезней и пороков – Собака нам опасней всех бацилл: В кишках у ней приют эхинококков, В крови у ней кипенье темных сил.Недаром Гёте – полубог и гений, – Не выносил и презирал собак: Он понимал, что в мире нет творений, Которым был родней бы адский мрак.О, дьяволоподобные уроды! Когда бы мне размеры Божьих сил, Я стер бы вас с лица земной природы И весь ваш род до корня истребил!

На русском Севере - Калина красная, Края лесистые, Края озерные. А вот у нас в степи Калина - разная, И по логам растет Калина черная. Калина черная На снежной замети - Как будто пулями Все изрешечено. Как будто горечью Далекой памяти Земля отмечена, Навек отмечена. Окопы старые Закрыты пашнями. Осколки острые Давно поржавели. Но память полнится Друзьями павшими, И сны тревожные Нас не оставили. И сердцу видится Доныне страшная Войной пробитая Дорога торная. И кровью алою - Калина красная. И горькой памятью - Калина черная. Калина красная Дроздами склевана. Калина черная Растет - качается. И память горькая, Печаль суровая Все не кончается, Все не кончается..

Жизнь! Нечаянная радость. Счастье, выпавшее мне. Зорь вечерняя прохладность, Белый иней на стерне. И война, и лютый голод. И тайга - сибирский бор. И колючий, жгучий холод Ледяных гранитных гор. Всяко было, трудно было На земле твоих дорог. Было так, что уходила И сама ты из-под ног. Как бы ни было тревожно, Говорил себе: держись! Ведь иначе невозможно, Потому что это - жизнь. Все приму, что мчится мимо По дорогам бытия... Жаль, что ты неповторима, Жизнь прекрасная моя.

Ты о чем звенишь, овес, На вечернем тихом поле? От твоих зеленых слез Сердце тает в сладкой боли. И слышны во все концы На последнем склоне лета Тоненький бубенцы Из серебряного света. Голоса сухой травы, Голоса сырой дороги. О покое, о любви, О растаявшей тревоге. О неведомой судьбе. И о днях моих начальных. И, конечно, о тебе. О глазах твоих печальных

Не надо, дружок, обижаться, Не надо сердиться, ей-ей, На сверстников и домочадцев, На старых неверных друзей. Давай лучше жизни дивиться И в добрые верить дела, Глядеться в знакомые лица, Как в праздничные зеркала. Обиды все - мелочь такая, Обиды ничтожны стократ Пред вечными теми веками, Что всех навсегда разлучат